Газета «Город» - для всех и обо всем!
Бердянск
Что искать:
Где искать: в текущем номере в архиве


Прогноз погоды


Объявления на сайте



Валюты




Счетчик

    
Популярный телеведущий, председатель жюри документального кино ХI Бердянского международного кинофестиваля Анатолий Борсюк:
«В «Танці з зірками» меня пригласили, а в проект «Форт Буаяр» я напросился сам»

Впервые на ХI Бердянском международном кинофестивале было два конкурса фильмов – художественных и документальных. Эти работы оценивали разные жюри. Популярному ведущему канала «1+1» Анатолию Борсюку выпала честь и одновременно нелегкая обязанность вместе с коллегами выбрать лучшие документальные ленты.



Организаторы кинофестиваля не случайно предложили возглавить жюри именно Анатолию Давидовичу, ведь он отдал кинодокументалистике не один год своей жизни. На его счету восемь полнометражных научно-популярных и документальных фильмов, более 20 короткометражек и рекламных роликов. Многие его работы отмечены различными дипломами, призами, премиями. Какая из этих наград для него самая дорогая? Этим и многим другим мы поинтересовались у нашего гостя в последний день работы кинофорума, когда у него уже появилось время для общения с журналистами.

– Самая дорогая награда, наверное, самая первая. Я получил ее на кинофестивале в Душанбе в 1980 году. Помню, очень гордился этим, потому что впервые выезжал за пределы Украины, и мне было очень приятно, что я не опозорился не перед лицом незнакомых мне людей, а перед своими. Это был фильм «Метаморфозы», очень смешной, который, кстати, вошел в анналы студии «Киевнаучфильм», где я работал. Но мне довольно быстро отбили охоту к призам, и я очень быстро потерял интерес ко всевозможным наградам. На одном из первых кинофестивалей «Молодость», который проходит у нас в Киеве, человек из жюри, очень хорошо ко мне относившийся, после того, как я получил там приз, сказал мне на банкете: «Ты знаешь, все это было очень сложно у нас в жюри, но я кое с кем договорился, что они дадут нам приз, а мы им». Я этому человеку, конечно, ничего не сказал, но был в таком шоке, что этот приз больше никогда в руки не брал. С тех пор у меня подозрение ко всем фестивалям, в которых я принимал участие, что все, что я на них получал, результат неких договоренностей и компромиссов.

– Вы, наверняка, преувеличиваете.
– Может быть. Знаете, это как такая подростковая психологическая травма, которая осталась на всю жизнь.

– Анатолий Давидович, вы еще и лауреат Шевченковской премии.
– Да, было такое.

– Это самая престижная национальная литературно-художественная премия. Может, этот вопрос покажется вам странным, но после ее получения не почувствовали ли вы на своих плечах груз ответственности за нашу неньку-Украину?
– Эту премию я получил за фильм «Звезда Вавилова» в 1987 году, то есть, когда еще существовал Советский Союз. И учитывая то, через сколько инстанций прошло это решение, сколько требовалось согласований, сколько людей меня «на рентген» водило, до пятого колена проверяло, особого значения она для меня не имела. Я ее не просил, не я на нее подавал. Но, конечно, было приятно. Хотя я больше рассчитывал на то, что будут какие-то льготы, а не на то, что со значком лауреата буду ходить и всем рассказывать, что я лауреат Шевченковской премии. Это все хорошо для некролога, больше ни для чего. Среди нашей киношной тусовки, к которой я себя причисляю, все эти звания никакого значения не имеют. Мы там сами знаем, кто у нас настоящий, а кто дутый лауреат, и кого мы ценим, а кого – нет.

– Судя по вашим ответам, вы человек совершенно не амбициозный.
– Кино и телевиденье – это не та сфера, где у меня есть амбиции. А там, где они у меня есть, я этим не занимаюсь. Мне бы хотелось быть музыкантом, композитором, писателем или скульптором, но время уже упущено.

– В те дни, когда шел наш кинофестиваль, в Киеве вручали премию «Телетриумф».
– Я в прошлом году такую же статуэтку получил.

– За какой проект?
– «Черным по белому». Посмертно.
– Это как?

– К тому времени передача уже была закрыта, но до этого стояла в шоп-листе, и награду я получил.
– В этом году из вашего канала были отмечены несколько проектов. Это «ТСН» как лучшая новостная программа, Тина Кароль и Юрий Горбунов как лучшие ведущие шоу-программы «Танцы со звездами», в которой вы тоже принимали участие. До танца мы еще дойдем. А пока поговорим о ваших программах. Мы уже вспомнили «Черным по белому», но были и другие. Это «Киноностальгия», «Ночной разговор с женщиной», «Монологи», «Перший мільйон», «Подвійний доказ», «Смачна країна». Среди них есть такие, автором идеи которых были именно вы?
– Вообще-то, как правило, задачи мне ставил наш генеральный продюсер Александр Роднянский, который создал этот канал. А уже всем остальным занимался я: как в середине ее оформить, как придумать и так далее. На готовый формат я пришел только в программу «Смачна країна», надо было ее как-то дотянуть, потому-что Костя Грубич ушел на другой канал.

– Какая из этих программ принесла вам наибольшее моральное удовлетворение?
– «Монологи», потому что это большая редкость – умные люди в кадре на телевиденье. Я обожаю «говорящие головы», и всегда говорю, что все зависит от того, чья это голова. Я сам подбирал этих людей, мне очень хотелось с ними поближе познакомиться, потому что многих я не знал. Прекрасно понимал, что этих людей не надо украшать никакой мишурой, никакими спецэффектами, никакой графикой. Ничего не надо. Просто посиди и послушай. Я почти 50 интервью таких сделал. Мне предлагают собрать все это в книжку. Но это надо сесть, все расшифровать, пока не было времени.

– В сентябре на телеканалах стартуют новые проекты, появляются новые ведущие. Чем вы нас порадуете, где мы вас сможем увидеть?
– Может быть, нигде и не увидите. На канале «1+1» поменялись пропорции в составе акционеров, новые задачи ставятся. Это уже совсем другой канал и другие люди. Поэтому я не знаю, чем я буду заниматься, но мне, честно говоря, по-барабану (извините за грубость). Кроме зарплаты, на этом канале меня уже ничего не интересует, потому что те искренние, душевные, почти родственные связи, которые были в коллективе при Александре Роднянском – их уже нет. Как нет и многих людей, которые принесли славу этому каналу.

– Ну, тогда самое время поговорить о танцах. Вы до проекта когда-нибудь танцевали?
– Никогда. А попал в проект так. Меня пригласили туда в качестве возрастного участника, как Ларису Голубкину в России. Я, что называется с дуру, согласился, потому что не предполагал, что для этого потребуется столько усилий и времени. Кроме того, оказалось, что я просто не в состоянии запомнить три движения подряд. Кстати, Олег Скрипка тоже жаловался, для него самым трудным было отсутствие двигательной памяти. Я не понимал, почему в этот момент надо ногу сюда выставить, а в следующий взять даму за талию. Никак не мог движения запомнить, потому что логически они у меня никак не связывались. К тому же, я планировал, что займусь этим час-два в субботу или в другое свободное от работы время. У меня тогда как раз «Черным по белому» запускался. В общем, как только меня переодели, завели в танцзал, и я увидел себя в зеркале, у меня тут же промелькнула мысль: «Куда я попрусь, танцевать на всю страну? Человек я уже немолодой, зачем мне все это надо?» Приблизительно такие же чувства я испытал, когда меня Володя Зеленский, с которым мы давно знакомы, пригласил принять участие в их бенефисе по случаю 10-летия «95-го квартала». Он попросил, чтобы я и Юра Горбунов подыграли им в одном, как они выразились, несколько стебном номере. «Да без проблем», – ответил я, о чем потом очень пожалел. За два дня до концерта, который должен был пройти во Дворце «Украина», я прихожу к ним на репетицию, и мне показывают, что же это за номер. На сцену выкатывается фанерный рояль, Володя и еще один парень из 95-го квартала выходят, поднимают крышку, у них падают штаны, они поднимают руки и начинают под музыку исполнять музыкальный номер. Оказалось, что ребята хотят, чтобы именно в этом номере приняли участие мы с Горбуновым.А поскольку я уже согласился, деваться мне было некуда. Пришло время бенефиса, Володя и его напарник уже на сцене вместе с роялем, а я стою за кулисами и смотрю через щелочку в зал. В нем яблоку негде упасть. «Блин, – думаю я, – главная площадка страны, трансляция на всю Украину, и я сейчас ни с того, ни с сего, в свои 60 с гаком лет, як «Пилип з конопель» выйду на эту сцену, сниму штаны и буду, извините, одним местом играть на пианино. Зачем? Денег мне за это не заплатят, славы мне это не прибавит, репутация моя не укрепится. Моя жена сидит в зале, ее родственники – у телевизора, дети мои все это увидят. Я был в таком шоке, что вы представить себе не может. В общем, на сцену я вышел в полуобморочном состоянии, но зрители хохотали до упаду. А Тая Повалий и ее муж Игорь Лихута потом говорили, что они даже позвонить мне не могли, потому что просто лежали под столом. Вот в таком шоке я был и тогда, когда увидел себя в зеркале в танцевальном зале. В общем, в «Танцах со звездами» я выглядел гораздо несуразней и смешней, чем рассчитывал, но, слава Богу, мне нужно было готовиться к своему проекту, и я быстро ушел из «Танцев», хотя моя партнерша была этим очень недовольна.

– А в «Форт Буаяр» как попали?
– Если в «Танцы» меня пригласили, то в этот проект я сам напросился. Помню, присутствовал на директорском совещании, и там как раз говорили о том, что покупаем новый формат. Меня это очень заинтересовало, и вопреки тому, что за несколько месяцев до этого во время игры в футбол я получил серьезную травму ноги и полтора месяца вел программы с гипсом гораздо выше колена, я сразу сказал, что записываюсь в этот проект первым. Но с «Буаяром» было значительно проще, чем с «Танцами». Я еще жалел, что меня поставили на такие конкурсы, где нужна была не столько физическая, сколько умственная подготовка. Одно дело, если я на турнике не подтянусь, а другое, если на вопросы не отвечу – что народ обо мне подумает. Но с гордостью могу сказать, что из пяти ключей два с половиной моих.

– Анатолий Давидович, на канале «1+1» вы работаете уже 12 лет, а в одной и той же квартире живете более 60. Это наводит меня на мысль, что вы постоянный человек.
– Постоянный, но не во всем. Есть опорные вещи, которые я стараюсь сохранять, особенно в своем окружении. Я должен знать, что у меня есть дом, жена, дети, моя кровать, книжки, которые стоят там-то и в такой-то последовательности, что еда мне подается в такое-то время. Все остальное может быть импровизационно, неожиданно. Жена говорит, что я педант, но она просто не понимает специфики моей работы, которая связана с фантазиями. Я не могу постоянно парить в облаках, мне нужно за что-то держаться, за такие простые, примитивные бытовые вещи.

– Ваша жена – историк?
– По образованию она историк, но работает женой. Я женился достаточно поздно, уже в 39 лет, то есть, уже когда встал на ноги и мог содержать семью. Ей пришлось ухаживать за нашими родителями, растить дочерей. Их у нас две, одной 23, другой 20 лет. Обе с золотыми медалями закончили Кловский лицей иностранных языков, расположенный практически рядом с домом. Затем старшая с красным дипломом закончила философский факультет Киевского национального университета, а младшая сейчас учится в Институте журналистики на тележурналиста.

– Спасибо вам за приятное общение, надеемся на встречу на ХII Бердянском кинофестивале.
– С удовольствием приеду.
автор: Александра ПОПОВА

 Добавить комментарий

* Заполните все пункты

Ваше имя:

Комментарий к статье:



Лицо номера
№86