Газета «Город» - для всех и обо всем!
Бердянск
Что искать:
Где искать: в текущем номере в архиве


Прогноз погоды


Объявления на сайте



Валюты




Счетчик

    
Русский немец Отто Кляйн

В газете «2000» от 26.10.2012 года была опубликована статья Е. Кобанец «Немыслимое», где рассказывалось о событиях в г. Киеве в первые дни его оккупации в 1941 году гитлеровскими войсками. К этим событиям имел отношение и Отто Кляйн.

Родился он в 1904 году в Бердянске Таврической губернии (Российская империя). Это было время, когда и в городе, и в ближайших селах проживало много переселенцев из Германии, прибывших сюда еще в царские времена с целью освоения земель Новороссии. Народ этот отличался трудолюбием и житейским опытом, им создавались образцовые поселения, строились различного назначения предприятия, обеспечивавшие людей рабочими местами и нормальными условиями проживания. Но после Первой мировой войны, где противником России была Германия, и после оккупации германскими войсками Украины в 1918 году отношение к немцам со стороны властей стало настороженным. Возможно, это и явилось основанием для депортации в 1922 году семьи Кляйн в Германию

Известно, что в Бердянске Отто Кляйн учился в классической мужской гимназии. О его судьбе в Германии до 1941 года ничего не известно, но в октябре 1941 года его призывают на службу в армию и зачисляют на должность научного сотрудника в оперативный штаб рейхсляйтера Розенберга (ОШР), деятельность которого была направлена на реализацию тотальной конфискации и присвоение Третьим рейхом культурных и научных ценностей на оккупированных немцами территориях Восточной и Западной Европы во время Второй мировой войны.

Кляйн начал свою деятельность в качестве эксперта предметов изобразительного искусства сразу же после вступления гитлеровских войск в Киев осенью 1941 года. Он обосновался в музейном городке, занимавшем Киево-Печерскую лавру, и был уверен, что в течение длительного времени в спокойной обстановке сможет изучать его коллекцию. Но неожиданно события стали развиваться не так, как планировалось.

При уходе из Киева войск Красной Армии спецслужбами было проведено минирование зданий и других объектов, на которых могло бы произойти скопление немцев. Для этого впервые были использованы радиоуправляемые мины, о которых немцам ничего не было известно.

Пребывая в эйфории от захвата огромного города, немецкие офицеры не удосужились тщательным образом обследовать диспозиции своих частей. На смотровой площадке Верхней лавры командование вермахта имело неосторожность разместить артиллерийскую батарею, хорошо просматриваемую с противоположного берега Днепра. Никто и не подозревал, что на речном острове напротив монастыря скрываются наблюдатели, которые только и ждут удобного повода подорвать радиофугас. И когда командир батареи оберст Зейдлиц-унд-Голау с группой офицеров беспечно подошел к парапету ограды, раздался мощный взрыв.

Гитлер был настолько взбешен чудовищным коварством русских в уже покоренном городе, что немедленно отдал приказ разрушить монастырь. Шифротелеграмма, содержавшая этот приказ, была перехвачена дешифровщиками из британской Правительственной школы кодов и шифров в Блетчли – парке под Лондоном, однако рассекретили ее лишь в 1997 году.


Софийский собор. Осень 1941 г.



Мозаичный фриз апсиды Софийского собора, состоящий из четырехконечных крестов и гамматических крестов-свастик


Кляйн не мог повлиять на решение командования, но пытался хотя бы забрать из храма все ценности. Успел он оттуда вывезти только собрание икон и художественных полотен. Исполнение приказа было возложено на военнослужащих зондеркоманды 4а, входившей в состав айнзацгруппы С, накануне отличившейся в Бабьем Яру.

Судьба Успенского собора вскоре должна была постигнуть и памятник мирового значения – Софийский собор, расположенный в самом центре города и наполненный ценными фресками и мозаиками.

Отто Кляйн отправился туда, но был остановлен сторожем, который на все вопросы отвечал: «Вход воспрещен!». Кляйн пригрозил ему пистолетом и только после этого смог попасть за массивные металлические ворота. Во дворе вокруг храма были прорыты траншеи, в которых видны были уложенные провода. Отпали последние сомнения – церковь была обречена.

И тогда он отправился к Теодору Бугайтелю, отвечавшему за инспектирование киевских библиотек. Тот был видным членом фашистской партии, состоял в ней еще с 20-х годов, награжден был золотым партийным значком НСДАП и имел влиятельных покровителей в Берлине. О. Кляйн обратился к нему: «Партайгеноссе Бугайтель, я узнал, что эсэсовцы собираются подорвать Софийский собор. Этого нельзя допустить ни в коем случае! Храм является творением арийской архитектуры; в нем хранятся ценнейшие артефакты немецкой культуры. На стенках уцелели даже многочисленные свастики!»

Здесь есть смысл прервать рассказ о событиях в Киеве и перенестись в наши дни. В последние годы с помощью государственного радиовещания настойчиво вкладывается в наши головы националистическая идея, согласно которой очень многое в мире имеет украинские корни. Утверждается, что даже культура Древнй Греции обязана нам своим происхождением, да и вся Европа не была бы такой цивилизованной, если бы на ее историю не оказывали влияния в свое время наши предки. Дошло до того, что, оказывается, даже Иисус Христос в своей родословной имеет украинские корни.

С чем-то подобным человечество уже сталкивалось. В фашистской Германии также настойчиво пропагандировалось превосходство арийской расы над всеми, и сотрудникам айнзацштаба вменялось в обязанность собирать свидетельства германского влияния на культуру захваченных стран и выявление элементов индогерманского происхождения в местной среде.

Вот почему Т. Бугайтель среагировал на обращение О. Кляйна и они вместе отправились в собор. Он был заперт, и они вынуждены были пройти в службу безопасности нацистской партии, расположенную неподалеку. Часовой, узнав о цели визита, стал отговаривать неурочных посетителей: «Входить в собор опасно. Он может взлететь в воздух в любую минуту». С трудом получив ключи у дежурного офицера, О. Кляйн со своим спутником вернулись в храм, прихватив фонарики.

Тусклые лучи света выхватывали из тьмы аскетические лики святых, взиравшие со стен. Яркими огоньками вспыхнул мозаичный фриз алтаря, в декоративном орнаменте которого просматривались гамматические кресты.

Буготейль, нахмурившись, посмотрел на Кляйна и молча направился к выходу. Вернувшись в здание айнзацштаба на Ровноверштрассе (бульвар Шевченко, 8/26), он немедленно позвонил в Берлин, долго на повышенных тонах разговаривал с кем-то, но в конце концов добился своего. Взрыв собора был отменен. Так Отто Кляйн своим вмешательством сорвет одну из самых засекреченных операций службы безопасности.

Это не прошло для него бесследно.

Он попал в немилость к рейхскомиссару Украины Эриху Коху и в августе 1942 года был снят с должности за якобы саботаж в деле изъятия культурных ценностей. И это при том, что все вынесенные им из Киево-Печерской лавры и других храмов Киева иконы и картины (а их было около 2400) к тому времени уже были вывезены в Германию.

Но на этом неприятности для Отто Кляйна не окончились. Так случилось, что, спасая Софийский собор, он повлиял на исполнение решений всесильных германских спецслужб, в планы которых входило уничтожение православных храмов. Отто Кляйну были инкриминированы «измена родине» и «подрыв воли немецкого народа к сопротивлению». И тут ему помогло увлечение театром во время пребывания в Бердянске. Он сумел избежать трибунала, притворившись неизлечимо больным, что не помешало дожить до глубокой старости и в 1995 году продиктовать воспоминания о событиях в Киеве во время его оккупации.

И следует признать, что, получив основы воспитания и нравственности во времена своей юности в прежнем Бердянске, проживая в дальнейшем в веймаровскй, гитлеровской и послевоенной Германии, Отто Кляйн, попадая в очень сложные жизненные ситуации, сумел оставить о себе добрую память, сохранив потомкам памятник мирового значения – Софийский собор в Киеве.
автор: Сукач Г.Б.

 Добавить комментарий

* Заполните все пункты

Ваше имя:

Комментарий к статье:



Лицо номера
№292